Введение


«Теперь все наши доктора наук должны сотрудничать и изучать Пятую Песнь, чтобы создать модель для построения Ведического планетария. Мое окончательное решение состоит в том, что Вселенная в точности подобна дереву, корни которого направлены вверх. Точно также, как у дерева есть ветви и листья, так и Вселенная состоит из планет, которые являются частями дерева, подобным листьям, цветам, плодам и т.д. Таким образом все вы, доктора наук, должны тщательно изучить детали Пятой Песни и сделать рабочую модель Вселенной. Если мы сможем объяснить смену времен года, затмения, фазы луны, смену дня и ночи и т.д., тогда это будет очень мощной пропагандой.» (Письмо Шрилы Прабхупады Сварупе Дамодаре дасу. 27 Апреля, 1976.).

В 1068 г н.э. группа рабочих трудилась над сооружением земляной насыпи около шестидесяти футов высотой в Англо-Саксонской деревне Кембриджа, к северо-востоку от Лондона. На вершине этой насыпи они построили каменную башню, которая возвышалась над маленькой кучкой домов, крытых соломенными крышами, ютящихся вдоль берега реки Кама. Эта башня служила крепостью для того, чтобы защищать и консолидировать эту часть королевства, которую Вильгельм Завоеватель захватил только два года назад.

В это время Западная, или Европейская, цивилизация, которая сегодня играет такую важную роль в мире, только начинала появляться из обломков предшествующих культур и сообществ. О науке, в нашем сегодняшнем понимании, тогда и не слышали, а Христианская Церковь находилась на стадии укрепления своих позиций на бывших до этого языческими территориях северной Европы. Работы древних греков и других ранних цивилизаций были в основном утеряны, и должны были вновь прийти в Европу уже из арабских источников еще только через три сотни лет. Университеты уже существовали в южно-европейских странах; в Британии должно было пройти еще около двух сотен лет до основания Оксфорда, а затем Кембриджа.

В 1000 г н.э., около шестидесяти лет до воздвижения каменной башни на реке Кама, арабский ученый Аль-Беруни закончил книгу об Индии (AL). Аль-Беруни жил в царстве Гхазнии при дворе некого Царя Махмуда — мусульманского правителя, специализировавшегося на набегах на северо-западные территории Индии, такие как Синд и Пенджаб. Аль-Беруни был хорошо известным ученым своего времени, читавшим Платона в оригинале и изучавшим санскрит. Он был, очевидно, нанят Царем для изучения индусов, в сильной степени подобно тому, как правительство Соединенных Штатов теперь нанимает ученых для изучения русских или китайцев (живущих на територии коммунистического Китая).

Доступ Аль-Бируни к санскритским источникам был ограничен. Он имел доступ к обширной индийской литературе по астрономии, называемой джйотиша шастрами, а также у него был доступ к ряду Пуран, таких как Матсйа Пурана и Вайу Пурана. Он упоминает Шримад-Бхагаватам, или Бхагавата Пурану, но, по всей видимости, сам он никогда не видел экземпляров этой книги.

В этой обширной литературе Аль-Беруни в основном интересовала информация, связанная с индийскими взглядами на Вселенную и наблюдаемые материальные события, происходящие в ней. Действительно, самой потрясающей особенностью книги Аль-Беруни является то, что почти половина ее касается индийской астрономии и космологии.

Один важный раздел джйотиша шастры состоит из работ по математической астрономии, называемой астрономическими сиддхантами. Они включают работы Индийских астрономов, таких как Арйабхата, Брахмагупта и Вираха Михира, некоторые из которых были почти что современниками Аль-Бируни. Они также включают древние санскритские тексты, такие как Сурйа-сиддханта, о которых говорится, что они изначально распространялись полубогами и великими риши. Эти работы рассматривают землю как маленький шар, плавающий в пространстве и окруженный планетами, вращающимися на своих орбитах вокруг нее. Они в основном касаются вопроса о том, как рассчитать положение планет на небе в любой желаемый момент времени. Они содержат сложные правила для выполнения этих расчетов, а также множество численных данных по расстояниям, размерам и скоростям движения планет. Однако, они очень мало говорят о природе планет, их происхождении и причине их движения.

Аль-Бируни хорошо понял расчеты, описанные в астрономических сиддхантах, и кажется, что в центрах Мусульманской цивилизации в это время был значительный интерес к индийской астрономии. Он был также знаком с Греческой астрономической традицией, кратко изложенной Птолемеем. Однако Аль-Бируни нашел космологию, представленную в Пуранах, очень трудной для понимания. Его описание Пуранической космологии очень близко следует Пятой Песни Шримад Бхагаватам и Пуранам вообще. Имея дело с этим материалом, Аль-Бируни часто выражал раздражение и полное отсутствие понимания, почти также, как многие люди сегодня, и он естественно воспользовался этим как возможностью для того, чтобы критиковать Индуистскую дхарму и отстаивать свою собственную мусульманскую традицию.

В этой книге мы будем обсуждать космологию, представленную в Пятой Песни Шримад Бхагаватам и постараемся прояснить ее взаимоотношения с другими выдающимися системами космологии, как древними, так и современными. Мы начали с исторического описания для того, чтобы показать, что путаница с космологией Бхагаватам — это отнюдь не новый феномен, вызванный прогрессом современной науки. В такое же замешательство попал Аль-Бируни, не смотря даже на то, что в его обществе Земля считалась находящейся в центре Вселенной.

Многие индийские астрономы ранних столетий также были неспособны понять Ведическую космологию, и это приводило их к открытому отвержению целых ее частей, не смотря даже на то, что их собственная религиозная и социальная традиция основывалась на Пуранах. Например, живший в XI веке Бхаскарачарйа, автор сиддхантического текста Сиддханта-широмани, не мог примирить относительно маленький диаметр Земли, который он получил с помощью простых измерений, с огромной величиной, приписываемой Земле Паураниками, последователями Пуран (SSB1,стр.114-115). Подобным образом астроном XV столетия из южной Индии Парамешвара утверждал, что Пураническое описание семи двип и океанов — это что-то, «данное только для религиозной медитации», и что высота Горы Меру в 84,000 йоджаны, описанная в Пуранах, «не приемлема для астрономов» (GP, стр. 85 — 87).

Ваишнавы прошлых столетий также обсуждали взаимоотношения между Пятой Песнью Шримад Бхагаватам и джйотиша шастрами. Пример этого можно найти в комментарии к Бхагаватам Вамшридхары, ваишнава, жившего в XVII веке н.э. В своем комментарии Вамшридхара обсуждает кажущийся конфликт между маленьким размером Земли, описываемым в джйотиша шастрах и большим размером Бху-мандалы, описываемом в Пятой Песни. Его анализ кажущегося конфликта обсуждается в Приложении 1.

Существуют несомненно серьезные разногласия между космологической системой Пуран и моделями мира, к которым приходят люди, наблюдая Вселенную с помощью своих обыкновенных чувств и затем строя определенные картины мироздания с помощью умозаключений. Причина этих затруднений лежит не просто в прогрессе современной Западной науки. Они существовали в Индии со времен еще предшествующих подъему современной Западной культуры, и некоторым они могут показаться основанными на наследственных противоречиях, присущих самой Ведической традиции.

Давнишняя путаница которая сопровождает Ведическую космологию, указывает, что эти разногласия очень глубоки и тяжело поддаются разрешению. Однако тезисом этой книги является то, что разногласия отнюдь не являются непримиримыми. Кажущиеся противоречия можно разрешить, развив надлежащее понимание природы пространства, времени и материи, как они описаны в Шримад Бхагаватам, и соответствующее понимание Ведического подхода к описанию и осмыслению реальности.

В Главе 1 мы начнем наше описание Ведической астрономии с обсуждения астрономических сиддхант. Мы дадим доказательство, показывающее, что эти работы образуют связующую часть изначальной Ведической традиции. Принимать эти работы и отвергать Пураническую космологию, как делают некоторые индийские астрономы, означает отправиться по пути современного научного материализма, который в конце концов ведет к полному отвержению Ведической литературы. Но отвергать астрономические сиддханты как анти-Ведические означает потерять Ведическую традицию точной математической астрономии. Это играет на руку современным Западным ученым, желающим отвергнуть Веды и Пураны как мифологические, и приписывающим астрономические сиддханты заимствованному продукту греческого научного гения, наряженному в индуистские одежды бесчестными брахманами. (В Приложении 2 мы приводим некоторые из аргументов этих ученых и показываем присущие им серьезные изъяны.)

Наш тезис состоит в том, что астрономические сиддханты и Пураническую космологию можно понимать как взаимно совместимые описания многогранной материальной реальности. Современная Западная наука базируется на идее, что природа может быть полностью описана единственной рациональной моделью мира. Однако, Шримад Бхагаватам отмечает, что ни одна личность этого мира не способна полностью описать материальную Вселенную «даже в течение жизни длинной в жизнь Брахмы»(ШБ 5.16.4). Таким образом Ведический подход к описанию природы базируется на стратегии представления многих взаимно совместимых аспектов одного, не доступного описанию человеком, завершенного целого.

Суть этого подхода описывает старая история о слепых и слоне. Каждый слепой наблюдал истинный аспект слона, а зрячий мог понять, как все эти аспекты соединяются, образуя связное целое. Даже слепой, после тщательного изучения докладов, изходящих от зрячего, вместе со своими товарищами-слепыми мог начать понимать природу целого слона, хотя он не мог непосредственно чувствовать ее, не получив лекарство от своей слепоты. Мы хотим сказать, что в наших попытках понять материальную Вселенную мы сравнимы со слепым, ощущающим отдельную часть слона.

Согласно этой аналогии, астрономические сиддханты представляют космос таким, каким он кажется таким же слепым людям этой Земли, а литература, такая как Бхагаватам, представляет взгляд на мир существ, обладающих высшими зрительными способностями. Они включают полубогов, риши, и в конечном итоге Всевышнего Господа, кто один может полностью видеть всю Вселенную. Эти высшие существа могут непосредственно видеть как аспекты Вселенной, представленные в Бхагаватам, так и аспекты, представление в астрономических сиддхантах. Этим высшим существам очевидно, каким образом все эти аспекты объединяются в полном целом, не смотря на то, что мы можем начать понимать это только затратив огромные усилия.

Мы замечаем, что с развитием современной физики ученым пришлось по крайней мере временно оставить задачу формулирования одной полной математической модели атома. Согласно стандартной интерпретации квантовой теории, введенной Нильсом Бором, атомные явления должны пониматься по меньшей мере с двух взаимодополняющих точек зрения, а не как единое понятное целое. Эти точки зрения — волновая и корпускулярная картины — кажутся противоречащими друг другу, но однако обе они являются справедливыми описаниями природы. Они являются гранями согласованной теории атома, но они не могут быть объединены в рамках классической физики. Для того, чтобы объединить их и показать их совместимость, необходимо подняться на уровень математической абстракции высшей размерности, который постичь очень трудно.

В процессе развития понимания Ведической космологии как многогранного описания реальности будет необходимо высвободиться из жестких рамок Декартовой или Евклидовой трехмерной геометрии, которая образует основу современного научного мировоззрения. Мы попытаемся сделать это в Главе 2, где мы будем обсуждать пространство, физические законы и процесссы чувственного восприятия, как это описано в Шримад Бхагаватам. В Главах 3 и 4 мы дадим описание Пуранической космологии и покажем, как идеи, развитые в Главе 2 могут быть применены для разрешения кажущихся противоречий внутри Ведической традиции и между Ведической космологией и миром нашего обычного чувственного опыта. Ключевой идеей здесь является, что Вселенная, как она описана в Ведической литературе, имеет более рамках трехмерного пространства.

По ходу нашего обсуждения Ведической космологии нам придется интерпретировать Шримад Бхагаватам и другую Ведическую литературу. Это неизбежно, так как даже буквальная интерпретация основывается на неких базовых предположениях, сделанных читателем — предположениях, которые могут отличаться от принятых автором текста, и которым читатель может придерживаться подсознательно. Делая такие интерпретации, мы будем стараться следовать следующему правилу, данному Шрилой Прабхупадой:«Изначальный замысел текста должен сохраняться. Не следует выискивать в нем тайный смысл, и все же преподносить текст надо так, чтобы заинтересовать слушателей и дать им вожможность понять его. Это называется действительным пониманием.» (ШБ 1.4.1к). мы также замечаем, что Шрила Прабхупада призывает в ШБ 5.16.10к, что нам следует принять космологические положения Шримад Бхагаватам как авторитетные и просто постараться оценить их. Поэтому мы примем за рабочее предположение, что несмотря на то, что эти утверждения могут показаться очень труднодостижимыми, тем не менее они действительно представляют собой доступное пониманию и реалистическое описание Вселенной.

В Главе 5 мы поднимаем вопрос, можем ли мы почерпнуть какие-либо доказательства, подтверждающие многомерную картину Вселенной, в Шримад Бхагаватам. Оказывается, что на ее страницах присутствуют многочисленные доказательства, хотя практически никакие из них не принимаются научным сообществом.

В Главе 6 мы возвращаемся к Ведической космологии и обсуждаем рад спорных предметов, включая гравитацию, полет на луну, масштабы космическх расстояний и природу звезд. В Главе 7 мы представляем обзор современных научных доказательств относительно тории расширяющейся Вселенной. Здесь мы обнаруживаем, что этой теории не только присущи изъяны, но и что Ньютоновские законы движения не работают на галактическом уровне. Наконец, в Главе 8 мы представляем краткие ответы на ряд обычных вопросов.

Материал, представленный в этой книге являет собой предварительное исследование Ведической космологии и астрономии. Для того чтобы надлежащим образом ответить на множество возникающих вопросов, будет необходимо провести большой объем дальнейших исследований. Это будет включать в себя:

  1. тщательное изучение космологического материала в широком спектре Ведических произведений,
  2. изучение Ведического географического материала,
  3. тщательный анализ теорий западных ученых касательно истории Ведической астрономии,
  4. изучение древних астрономических наблюдений,
  5. изучение датировок и Ведического календаря, и
  6. тщательный анализ современной космологии и астрономии.

Мы надеемся, что кульминационной точкой этих исследований будет разработка Ведического планетария и музея, которые смогут действенным образом представить Сознание Кришны в контексте Ведической космологии. Это, конечно же, являлось планом Шрилы Прабхупады в отношении Храма Понимания в Шридхама Майапуре, и подобные планетарии могут быть воздвигнуты в различных городах по всему миру.

В этой книге м будем использовать термины Ведический и Пуранический взаимозаменяемым образом. Хотя современные ученые отвергают такое использование, это подтверждается стихом итихасапуранам ча панчамо веда учйате в Шримад Бхагаватам (1.4.20). Согласно этому стиху, Пураны и истории, такие как Махабхарата, называются пятой Ведой. Ссылки на санскритские и бенгальские тексты даются в трех видах: Ссылка, подобная ШБ 5.22.14 означает, что приводится цитата из 14-го стиха, 22-й Главы Пятой песни Шримад Бхагаватам. Ссылка, такая как ШБ 5.21.6к, означает, что приводится цитата из комментария Шрилы Прабхупады к 6-му стиху 21-й Главы Пятой Песни. Ссылка, такая как ШБ 5.21кс, обозначает, что приводится цитата из Краткого Содержания 21-й Главы Пятой песни. АЛ или МЛ после ссылок на Чаитанйа-чаритамриту указывают на Ади-лилу или Мадхйа-лилу. Для книг, не содержащих деления на стихи и комментарии, мы будем приводить код, указывающий на книгу и номер страницы (см. Библиографию).